***

Жизнь менялась и на излете сталинских лет активизировалась молодая поросль философов, отличавшаяся и от дореволюционных партийцев и от выдвиженцев 20-30-х годов, - плод политики всеобщего образования, подлинного завоевания советской власти. Вернулась с фронта молодежь, кто уцелел на войне, обогащенная уникальным жизненным опытом. В университетах и в созданном в 1947 г. Институте философии Академии наук появились молодые люди, кто, будучи марксистами, были далеки от его догматического понимания. 50-е гг. можно назвать борьбой на выживание подлинной философии, которая не закончилась и ныне: медленно, но верно совершался переход от догматического марксизма-ленинизма выраженным стремлением включить марксизм-ленинизм в контекст исторического развития философии. Это стремление разделялось в том числе и теми, кто пытался представить марксизм вершиной человеческой мысли. Тем самым марксизм спонтанно включался в историко-философское рассмотрение и представал как ступень в историческом философском процессе.

Огромное внимание уделялось изучению гегелевского учения как источника диалектики К.Маркса. Многие видные советские ученые начали свой путь в науку с изучения философии Гегеля (М.К.Мамардашвили, В.Ж. Келле, Ю.Н.Давыдов и др.). Особое значение имели труды, посвященные академическому прочтению философского учения К. Маркса. Наиболее авторитетным исследователем роли диалектического мышления в познании культурно-исторических систем был Эвальд Васильевич Ильенков, рыцарское воодушевление которого стимулировало создание научных школ в разных регионах страны (в Алма-Ате, Харькове. Киеве, Ростове и т.д; их участники называли себя гегильенковцами), но стало также поводом для двухгодичного скандала (с 1958 г.), вызванного критикой Ильенковым абстрактного марксизма и утверждениями о том, что диалектика есть не что иное, как теория мышления, не более того. В конце концов, Ильенков и его единомышленник В.И.Коровиков вынуждены были покинуть МГУ. Фундаментальный труд Э.В. Ильенкова "Диалектика абстрактного и конкретного в "Капитале" Маркса", созданный в 1956 г., в полном виде увидел свет лишь в 1997 г.

Когда в 1942 г. было возвращено преподавание классической логики (В.Ф.Асмус, А.Ф.Лосев, П.С.Попов и др.), изгнанной из вузов и школ в начале 20-х гг., началось также активное освоение (сначала в методологических семинарах на физико-математическом факультете) запредельной для нас математической логики, сторонники которой - философы, математики, физики - в течение ряда лет вынуждены были сдавать экзамен на выживаемость (С.А.Яновская и ее ученики, Е.К.Войшвилло, А.А.Марков и др.) в борьбе с "диалектиками", пытавшимися с помощью марксистской диалектики объяснять не только науку, но и факты и текущие события.

Уже тогда были заложены основы отечественной философии науки, и марксизму-ленинизму пытались привить логический анализ. Сложился культ марксова "Капитала". Его строгая логика внушала мечту о возможности глобального обоснования современной социально-политической программы, но он же угрожал марксистско-ленинской правоте. Первая работа А.А.Зиновьева была посвящена логике "Капитала" Маркса. Защита им кандидатской диссертации стала знаковым явлением. Проблему превращенных форм сознания в работах К. Маркса и Гегеля анализировал М.Мамардашвили.

В философии хотели видеть строгую науку, способную противостоять идеологии и свободную от комплекса неполноценности в отношении физики, биологии или политической экономии. Именно тогда известное выражение "союз философии и естествознания" изменило свой смысл: во времена Ленина-Сталина оно подразумевало идеологический контроль над наукой; в 60-е гг. оно неумолимо работало на подчинение философии растущему престижу естественных наук, апеллировало к признанию интернационального характера любой научной достоверности. Потребовалось немало усилий, чтобы на языке наново обдумываемой гносеологии представить и разъяснить философски значимые достижения конкретных наук.
К началу 60-х гг. научно-техническая революция была на слуху. Обращенная к науке философия получила приоритет, развитие методологии научного знания и социально-практических наук стало престижным. В учебных курсах философские проблемы науки и естествознания заняли центральное место, а отделы, секторы и кафедры по философии науки множились, как грибы; туда уходили наиболее способные люди, ведь "были физики в почете, ну а лирики в загоне". Интерес к конкретному научному познанию систем потребовал специального теоретического инструментария. В.Н. Садовский, В. А. Лекторский, 1960; И.В.Блауберг, Э.Г.Юдин, конец 1960-х гг.; - пионеры в развитии логики и методологии системных исследований - стали инициаторами создания Института системного анализа (40, с.83 – 107.). Однако философская продукция того времени, - полагает Э.Ю.Соловьев, - отмеченная печатью сциентистской ограниченности, самоуверенности и слепоты, стала злым духом, довлеющим над подлинной философией (как любовью к мудрости) многие годы: их последнее, самое помпезное и вместе с тем жалкое выражение - культ "системно-комплексных исследований", насаждавшийся... накануне перестройки" (45, с.116).
Актуальнейшая мировоззренческая миссия философии как любви к мудрости и к утолению стремления человека к высшим ценностям бытия и существования, к традициям, к поискам нравственного идеала едва просматривалась, хотя в 60-е гг. и позже эти проблемы были в поле зрения не только у философов. На ХХ съезде КПСС (1955) обозначились возможности мирного сосуществования двух социальных систем, что для гуманитарного знания выразилось в развитии международного культурного сотрудничества: расширился книгообмен, началось совместное создание под эгидой ЮНЕСКО коллективного труда "Всемирное культурное развитие человечества". На страницах специального журнала "Вестник истории мировой культуры" (1957 - 1961 гг.), где печатались варианты проспектов и материалы для данного издания, появились первые публикации молодых философов, не подвергавшиеся деспотизму редколлегий (И.С.Кон, Ц. Арзаканян, Л. Васильев, А. Гулыга, И. Нарский, М.Мамардашвили и др.).

В 1956 г. были опубликованы ранние "Экономическо-философские рукописи" К. Маркса (1844), в которых обсуждалась проблема отчуждения. Речь шла об особенностях капиталистического производства, в котором благодаря общественному разделению труда средства и предметы труда больше не принадлежат работнику и чужды ему. Не Маркс открыл эту проблему. Само понятие бытовало сотни лет в богословских трудах в связи с грехопадением, отчужденностью человека от божественного порядка. В философии это понятие появилось после Ж.Ж.Руссо, который, рассматривая происхождение неравенства, отмечал как его следствие отчуждение воли отдельного человека от общественных установлений. В Германию термин принес В.Гумбольдт. Маркс опирался на гегелевское понимание отчуждения, в формах которого осуществляется развертывание духа (от государства до морали), когда действительность для индивида выступает как нечто ему чуждое, что, однако, снимается в процессе развития его самопознания.
Маркс перенес это толкование на социальную почву буржуазного общества, подчеркивая отчужденность человека 1) от результатов своего труда (продукт ему не принадлежит), 2) от самой его деятельности (наемный труд), 3) от человеческой сущности (например, подчинение одной профессии, страсти к обогащению и т.п.), 4) человека от человека, когда чуждыми друг другу оказываются не только общество и индивид, не только богач и бедняк, но любой и каждый. Чуждыми человеку выступают социально-политические и духовные отношения, открывающие путь к тоталитаризму, к беспределу, к манипуляции массами.

Легализация проблемы отчуждения по праву может считаться важным поворотом в развитии советского марксизма. Об этом свидетельcтвует появление за короткий срок (С 1959 по 1965 гг.) множества работ, посвященных осмыслению проблемы, весьма актуальной для учения о социализме, если он хочет иметь человеческое лицо (назовем лишь некоторые имена: Ю.Н. Давыдов, И.С.Нарский, Л.Н. Пажитнов, Ю.А.Замошкин,.А.Левада,.Ф.Наумова, А.П.Огурцов, Н.И.Лапин и др.). Вместе с этим, наконец, пришла пора отступиться и от призыва "каплею литься с массами" и обратиться к проблеме личности и - шире - человека в системе бытия: с середины 60-х гг. одна за другой появляются книги Ф.Михайлова "Загадка человеческого Я" (1964), Ю.А.Замошкина "Кризис индивидуализма и личность" (1966), И.С.Кона "Социология личности" (1966), "Открытие Я" (1970) и др. Эта проблема позже получила права гражданства на кафедрах философских факультетов, в секторе человека Института философии, а в конце застоя также в созданном И.Т. Фроловым Институте человека. Так возникла новая страница в активном расширении марксистского наследия.

Важным событием того времени является выход из печати первого тома "Философской энциклопедии" (1960), расширившей философский горизонт марксизма до его возможных пределов: были открыты шлюзы и представлены направления и течения, проблемы и темы, творцы и школы истории европейской, отчасти русской и советской (вплоть до современности) философии. В 1970 г.пятым томом философская энциклопедия" завершилась.

Возвращение советской философской мысли на столбовую дорогу мировой философии подхватил выдающийся издательский проект - серия "Философское наследие", открывшаяся в 1963 г. томом, содержащим тексты по древнеиндийской философии. К началу 1996 г. вышло 124 тома. Идею серии и ее проспект принес в Отдел философии издательства "Мысль" А.В.Гулыга; совместно с Николаем Ивановичем Лапиным (зав. Отделом) и Моисеем Исаковичем Иткиным (ред.Отдела) они доработали проспект; начальство Издательства обратилось в ЦК КППС. И совместное творчество было существенно урезано: преимущественное внимание уделялось материалистам. Но с течением времени все же были опубликованы труды многих великих идеалистов Запада - Платона, Аристотеля, Николая Кузанского, немецких метафизиков ХУП -ХУШ вв., основателей английского эмпиризма, сочинения Беркли, Юма, Канта и т.д. Но полностью отсутствовали имена зарубежных философов, начиная со второй половины Х1Х в. и отечественных мыслителей начала ХХ в.

Несколько позже родилась дисциплина особого рода - критика современной буржуазной философии, сосредоточенная в созданных для нее отделах научных учреждений и на кафедрах философских факультетов. Именно история философии и так наз. "критика современной буржуазной философии" (речь шла о конце Х1Х-го -ХХ-м вв.), имеющая непосредственное общение с ее историей и по сути дела являющаяся ступенью этой истории, заняли особое место: они стали и хранителями и разрушителями "школьной" традиции, а в конце 60-х гг. "мостиком" перехода отечественной философии к достигнутому зарубежному уровню философской мысли. Среди сотрудников этой своего рода "антисоветологии" были и "церберы", лелеявшие ненависть к капитализму и к "буржуазной философии", и серьезные ученые, стремившиеся сблизить разрывы в позициях, дать новую информацию. Поскольку большая часть текущей зарубежной литературы была недоступна читателям, статьи и книги, в которых она использовалась, имели большой успех, неважно, были они критическими, реферативными или злобно-обличительными. Важно, что они были в той или иной степени информативными. Само собой, инстанциями не допускался апологетический и даже нейтральный анализ, что неприятно задевало западных советологов, не подозревавших о характерных "издержках" производства.

В 30 - 80-е годы главными экспертами советской мысли были так наз. советологи, определившие советскую философию в служанку идеологии. Но и тогда иногда можно было встретить на страницах журнала "Soviet thought" объективную и даже заинтересованную рецензию на работы наших ученых (можно отметить положительную рецензию на диссертацию А.С.Богомолова и на первые учебные пособия для вузов В.В. Соколова). В последние советские годы западные ученые пытались разобраться в тайнах русской философии, но загипнотизированные, будто коброй, марксизмом-¬ленинизмом, большинство из них не могли глаз от него отвести. Так, автор фундаментального труда, посвященного советским историкам философии Э.ван дер Звеерде (74), в 80-е гг. учившийся в МГУ, много беседовавший с отечественными мэтрами и аспирантами, не заметил отход от Гегеля и очевидное для нас увлечение философией Канта. Вместе с тем он оценил серьезные работы, заметив при этом, что, если бы не служение идеологии, советскую философию можно было бы признать за таковую. А между тем, и в те годы в России существовали возможности не только транслировать в страну, но и творчески осваивать западную новейшую мысль. Правда, под мощным идеологическим давлением и под влиянием предрассудков и марксистских штампов далеко не всегда ее можно было адекватно выразить и тем более понять.

Весомый вклад в развитие научно-информационной и педагогической функции философии внес Институт научной информации по общественным наукам (ИНИОН АН), созданный в 1969 г. Ежегодное издание НЕЦЕНЗУРИРОВАННЫХ 12-ти реферативных журналов по общественным наукам,, сборников и аналитических обзоров по общим и конкретным темам философии, в создании которых участвовали наряду с сотрудниками ИНИОНа десятки молодых выпускников гуманитарных вузов, прошедших в ИНИОНе прекрасную выучку, положили начало освоению методологии и методики овладения текущим информационным процессом в различных областях философского знания. Многие из них вскоре стали авторитетными учеными.
В 60-е годы и на исходе советской власти множились переводы зарубежной литературы по философии, можно было заказывать или привозить (правда, цензурированные) книги из зарубежных поездок; в библиотеки в большем количестве поступали новые издания; в университетах все больше было молодежи, владеющей европейскими языками. Тем самым росла осведомленность о текущем философском процессе на общей с Западом и для России почве. Быстро определялись предпочтения; в логике осваивались новейшие течения, на слуху были постпозитивистское и аналитическое направления, феноменология и экзистенциализм.

Все, что происходило в России, мало интересовало Запад (из-за официальной предсказуемости, или врожденного европоцентризма?), но "лица необщее выраженье" внимание привлекало. В этой связи можно упомянуть В.А.Смирнова, Э.В.Ильенкова, А.В.Гулыгу, Ю.Н.Давыдова, П.П.Гайденко и др., в советские годы издававшихся на Западе.

В конце концов, к началу 70-х гг. ХХ в. сформировалась мощная академическая среда со специализацией и профессионализацией философского знания: возникло понятие "философские науки", были открыты новые институты и центры. Это не значит, что марксизм сошел с исторической сцены. С. Кара-Мурза привел слова А.В.Гулыги: "У нас есть серьезные философы - в небольшом числе кантианцы (к ним он относил себя), есть гегельянцы (Ильенков и другие), экзистенциалисты (Гайденко и Соловьев), есть немало позитивистов и один платоник (А.Ф.Лосев). На недоуменный вопрос собеседницы - известной в то время писательницы И.Грековой (профессора математики Военно-воздушной академии), - а как же быть в таком случае с марксистами, Гулыга ответил: "А они все - марксисты" (hhpt:.www.nw - innovations.ru).
Марксизм-ленинизм не сумел устоять перед позитивизмом и сциентизмом, перед философией науки, равнодушными к истории философии (в том числе и к марксизму), культ которых в какой-то мере даже затемнил вечную озабоченность идеологов чистотой марксизма (хотя оружием в частных "разборках" и склоках оставалась марксистская риторика). К тому же иные попытки творческого развития марксизма подвергались серьезному идеологическому давлению, и люди вынуждены были уходить в маргинальные области философии - в эстетику, этику, где давление, казалось, было не столь жестким. Что касается истории философии, то после погромов 30 - 40-х гг. она и на маргинальном поле оставалась под подозрением, перенося упреки в постыдном "уходе в прошлое"; здесь чаще и нагляднее, чем в других случаях, устраивались проработки и чистки.

Приверженцы сциентизма пытались определять философию на принципах естественнонаучного исследования ("поверить алгеброй гармонию"), доказывая, что теория, не поддающаяся логическому доказательству - рационалистической верификации либо фальсификации, философией не является. В лучшем случае это - предфилософия (В.Подорога). М.К. Мамардашвили пытался сидеть на двух стульях: он никогда не отказывался от логических исследований, полагая, что они имеют решающее значение для исследования локальных процедур, диалектику же как содержательную логику принимал в качестве метода изучения глобальных процессов (см.43, с. 486). В лекциях он часто обращался к запредельным разуму и рассудку узрениям, предчувствиям и т.п.

Хотя культ сциентизма выражался в пренебрежении к гуманитарным проблемам, и эстетика, этика, история философии, проблема личности продолжали ютиться на обочине философской проблематики, тем не менее внушительный проблемный вызов исходил из трудов П.Гайденко, Б.Григорьяна, О.Дробницкого, Т.Кузьминой, Н.Мотрошиловой, Г.Тавризян, Э.Соловьева и др., посвященных критическому анализу современной зарубежной антропологии, феноменологии и экзистенциализма. В их работах критика не заслоняла разъяснения проблемных и категориальных аспектов западной философии ХХ века, а "тема личности получала свои собственные философские очертания и стала трактоваться как онтология субъективности" (см. 45, с. 117.).

Эта тематика находила живой отклик не только у студентов, ученых-гуманитариев и в среде творческой интеллигенции, она имела широкий круг читателей. Со временем стало очевидным, что и история философии, служившая основательному расширению проблемного поля и обогащению марксизма, тем самым тоже медленно подрывала его догмы и расширяла рамки марксистской философии. Постепенно складывалась оппозиция между наукой и идеологией, но также - между философией науки и вечными вопросами философии.

Печально, что понятие философии как строгой науки, обеспечивавшее в глазах партийной номенклатуры научный статус идеологии, помогавшее внедрять элементы научного дискурса в партийно-идеологические клише, сохраняется и в наши дни, когда эта идеология ушла в прошлое; наука находится в ступоре и все более очевидно, что ее подъём невозможен без духового оздоровления, философия науки без разумной причины по-прежнему царит в программах научных исследований, в вузах и школах, а жгучая проблема оздоровления нравственного здоровья страны и народа пребывает на задворках властных структур и академических планов.

 

Страницы:  <<  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  >> 

 

ЛЮБОЕ КОММЕРЧЕСКОЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ МАТЕРИАЛОВ САЙТА БЕЗ РАЗРЕШЕНИЯ ПРАВООБЛАДАТЕЛЯ ЗАПРЕЩЕНО © 2012